Оксана Мешко – полтавка, которая стала легендой диссидентского движения в Украине

0
3

Фото: Оксана Мешко – полтавка, которая стала легендой диссидентского движения в Украине

В свое время Оксана Мешко стала соучредителем Украинской Хельсинской группы и автором книги о сталинских концлагерях «Между смертью и жизнью» (ее в Украине увидели только в 1991 году). Она была из тех, того КГБ «благословило» на операцию в Австралии и просило не возвращаться, но она приехала домой.

СОДЕРЖАНИЕ рассказывает об Оксане Мешко из села Старые Санжары, что на Полтавщине, которую звали «казацкой матерью» и чьим именем 2016 года названа улица в Полтаве. В 2020 году, 30 января, мы отметили 115 лет со Дня народин полтавки с казацким семейным корнями, которая посвятила жизнь борьбе за украинскую независимость.

Оксана Мешко родилась в 1905 году в семье крестьян, которым удалось избежать крепостничества. Как пишет близкий друг полтавки Василий Овсиенко, в ее семье всегда царил казацкий дух. Когда Оксане Мешко не было даже 16 лет, ее отца Якова Мешка (он был садоводом) расстреляли большевики. Причина – невыполнение волостью продналога.

Потом Оксана Мешко потеряла своего брата Евгения, который был членом всеукраинского общества «Просвита». На тот момент юноше было всего 17 лет.

Несмотря на сложности и конфискации родного дома, полтавка смогла поступить на химический факультет Института Народного образования в тогдашнем Днепропетровске. Ее несколько раз исключали из рядов студенчества, потому что существовала проблема с «социальным происхождением». Она не вступила в комсомол, не имела места в общежитии и не получала стипендии. И несмотря на это закончила обучение и стала биологом.

Василий Овсиенко пишет, что мужа Оксана Мешко тоже выбрала близкого по духу. Им в 1930 году стал преподаватель Федор Сергиенко. Он был членом Украинской коммунистической партии («боротьбистов»), но побывал на Холодной горе (харьковская тюрьма):

«Лидеры УКП оттуда не вышли, а рядовых выпустили, чтобы уничтожить позже. В 1935 г. мужчина был снова арестован. На протяжении года Оксана добивалась его освобождения, после чего он вынужден был выехать из Украины на Урал. С двумя сыновьями, Евгением, и Олесь Сергиенко, и матерью Марией Граб бились с бедой».

Оксана Мешко стала работать младшей научной сотрудницей химлаборатории Научно-исследовательского института зерна. После того, как ее дяди Александра Янка в 1936 году арестован «за потерю пильности», полтавку, как родственницу «врага народа» уволят с работы.

С началом Второй мировой войны, во время немецкой бомбардировки, Оксана Мешко потеряла сына Евгения. Впоследствии, она окажется в Днепропетровске, в 1945 году – в Киеве. В следующем году в ее жизни появится сестра Вера Худенко, чей сын служил в Советской армии, бежал из немецкого плена, а погиб в рядах Украинской Повстанческой Армии. По «доносу» соседей НКВД арестовывает Веру Худенко, за чье освобождение отчаянно будет бороться Оксана Мешко. Это продлится вплоть до 19 февраля 1947 года, когда сестры вместе окажутся за решеткой по обвинению в намерении вместе совершить покушение на Никиту Хрущева.

Василий Овсиенко вспоминает, что Оксану Мешко допрашивали 21 ночь подряд, а днем запрещали спать. О эти дни и ночи диссидентка напишет в книге «Между жизнью и смертью»:

«Не призналась я и после 21 суток следствия без сна, что осуществлялось следующим образом: ночные допросы начинались через 30-40 минут после «отбою», кончались за час, иногда меньше, перед «подъемом» […] Днем бдел «волчок», чтобы бодрствувала и не дремала. Можно было сидеть на кровати, но не лежать. За «кивание» сажали в карцер в холодный подвал и забирали верхнюю теплую одежду. Карцер без кровати и «тюфляка», паек – 300 граммов хлеба и два раза кипяток. Время за дрема сажали в бокс, где быстро бракло воздуха, и я теряла сознание».

За 7 месяцев каждую из сестер заочно приговорили к 10 годам исправительно-трудовых лагерей. За это Оксана Мешко работала в сельском хозяйстве на Ухте, била камень под Иркутском и стала будівельницею.

В 1954 году Оксану Мешко комиссовали, как больного. Только через 2 года после этого женщина получила паспорт и вернулась в Украину, к сыну Олеся в Киев.

11 июля 1956 года полковник юстиции, вручит Оксане Мешко реабилитационное удостоверение, и скажет:

«Семья просит извинения. Желаю вам счастья и будьте здоровы».

Как реабилитирована, полтавка получила 12-метровую комнату. Во время «хрущевской оттепели», Оксана Мешко организовала десятки литературных вечеров близ памятников Ивану Франко и Тарасу Шевченко. 1965 года Олеся Сергиенко арестовали за попытку попасть на вечер памяти Ивана Франко. В следующем году его исключили из медицинского института он начал работать учителем. Но в 1970 году его уволят из школы за выступление на похоронах убитой художницы Аллы Горской.

После ареста Валентина Мороза в июне 1971 года в доме Оксаны Мешко и Олеся Сергиенко провели обыски. После этого полтавка объявляет протест Верховной Раде и КГБ.

Василий Овсиенко вспоминает про огромную провокацию Кгбистов 1972 года, которая была организована для уничтожения украинской интеллигенции. Украиной прокатилась волна арестов и репрессий, под которую попал больной туберкулезом Олесь Сергиенко. Дело в том, что эти аресты были обусловлены якобы арестом гражданина Бельгии Ярослава Добоша, который пытался вывезти за границу «один антисоветский документ». Речь идет о «Словарь рифм» политзаключенного Святослава Караванского и снимки Валентина Мороза, Василия Стуса и Вячеслава Чорновила.

Впоследствии, в годовщину перезахоронения Тараса Шевченко, задержали Оксану Мешко, которая подходила с букетом цветов к его памятнику. По словам Василия Овсиенко, она перетерпит не один обыск, обобьет пороги не одной советской службы, где будет бороться не только за освобождение сына из тюрьмы, а за права всех людей:

«Это не просто материнские хлопоты – это хождение по лезвию бритвы. Ее заявления, страстные и совершенные по стилю, логические и убедительные, обоснованные чувством своей правоты и морального преимущества – это блестящие образцы правозащитной публицистики. Это уже был голос не просто матери на защиту сына– это была открытая борьба за права человека, против целой Империи Зла. Из собственного опыта зная, как страдают люди в неволе, она пыталась помочь им и их семьям».

После массовых арестов в начале 70-х, Николай Руденко предложит Оксане Мешко создать Украинскую Хельсинскую правозащитную Группу. Она согласится и будет второй в группе. Все, что интересовало ее на тот момент – «кто будет носить передачи моему сыну и посылать ему пакеты?». Николай Руденко ответит, что арестам не быть, потому что Украинская общественная группа будет основана на Хельсинкских соглашениях.

Но полтавчанка была права: за первые два года деятельности УГГ в доме Оксаны Мешко провели 9 обысков. Когда женщине исполнилось 75 лет, на нее напали, чтобы доказать дисидентку до инфаркта.

После ареста Николая Руденко и Олеся Бердника, Оксана Мешко стала фактической руководительницей Украинской Хельсинской Группы, чуть ли не единственной ее деятельным членом. Другие же или арестованы, или под пристальным присмотром.

По словам Василия Овсиенко, когда надо было идти за материалами для Группы, она выбиралась из дома через окно. Когда Оксана Мешко ехала на суд Левка Лукьяненко в Городню на Черниговщину, автобус остановили в дороге, ее сняли и отправили в обратном направлении. Один из Кгбистов даже сказал:

«Если бы пять таких бабушек на Украину – все КГБ имело бы инфаркт».

Среди диссидентов ее называли «казацкой матерью» и «бабой Оксаной»:

«Она настойчиво звала на место арестованных членов Группы новых людей. Это высший тип гражданской отваги: брать на себя ответственность за судьбы конкретных людей, ибо этого требуют интересы нации», – вспоминает Василий Овсиенко.

Уже в 1980 году Оксану Мешко 75 суток держали в психбольнице им. Павлова, но врачи признали ее психически здоровой и вменяемой. Когда полтавчане было почти 76 лет, Киевский городской суд выносит ей приговор «антисоветская агитация и пропаганда».

Дальше было 5 лет ссылки. Полтавку этапировали до самого берега Охотского моря, где конвой отказывался ее принимать и спрашивал, зачем сюда привезли мертвых. Оксана Мешко сама просила ее взять. Об этом случае она рассказала профессору Василию который опубликовал этот рассказ в журнале «Курьер Кривбасса» в 1994 году.

5 ноября 1985 года Оксана Мешко выехала из ссылки, и в Киеве ждала на перестройку. В 1988 году, по приглашению украинской диаспоры, уехала в Австралию на операцию глаза, потому что имела аденому. Кгбисты «благословили» ее на выезд и даже попросили не возвращаться, но она таки приехала на Родину.

В Австралии она выступила в парламенте и рассказала о положении в Украине, приняла участие в работе Всемирного Конгресса Свободных Украинцев в США. Василий Овсиенко называет это прорывом украинского национального вопроса в мировую прессу.

После приезда, Оксана Мешко стала членом Координационного Совета Украинского Хельсинкского Союза. Она принимала участие в студенческом голодании (Революция на граните) осенью 1990.

В конце декабря 1990 года у Оксаны Мешко случился инсульт, а 2 января 1991 года ее не стало. Полтавка похоронена на Байковом кладбище, рядом с ее мамой Марией Граб. В 1995 году на их могилах был установлен казацкие кресты работы Николая Малышко.

В 2002 году школе в Старых Санжарах присвоили имя Оксаны Мешко. Указом президента Украины в 2006 году ее посмертно наградили орденом i степени «За мужество».

Подготовлено по материалам близкого товарища и единомышленника Оксаны Мешко Василия Овсиенко.

Обложка Квітослави Лобченко

Источник: ЗМІСТ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь